Правила толкования договора 431

Статья 431 ГК РФ. Толкование договора (действующая редакция)

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Комментарий к ст. 431 ГК РФ

1. Под толкованием договора, о котором идет речь в комментируемой статье, понимается уяснение действительного смысла содержащихся в нем условий.

Комментируемая статья исходит из приоритета согласованного волеизъявления обеих сторон, защищая интересы имущественного оборота. Поэтому при толковании договора судом он должен прежде всего принимать во внимание буквальное значение содержащихся в тексте слов и выражений. При выяснении буквального значения слов и выражений, содержащихся в тексте договора, они должны пониматься в их обычно используемом значении, если из текста договора не следует иное намерение сторон.

При этом, устанавливая содержание конкретного условия в случае его неясности, суд сопоставляет его с содержанием других условий и общим смыслом договора.

Возможны ситуации, когда буквальное значение содержащихся в тексте слов и выражений договора не позволяет установить содержание конкретного условия договора. В таких случаях суд должен выяснить действительную общую волю сторон (а не волю каждой из них), принимая во внимание не только текст договора, но и его цель, переговоры и переписку контрагентов, их последующее поведение, практику их взаимоотношений, обычаи.

В соответствии с п. 7 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.02.2014 N 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» в случае спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства и доказательства в их совокупности и взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательства.

При выяснении действительной общей воли сторон с учетом цели договора она должна определяться на момент заключения договора, а не на момент его толкования.

Источник

Статья 431. Толкование договора

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Комментарий к Ст. 431 ГК РФ

1. Правила толкования договора, изложенные в комментируемой статье, используются в случаях, когда отдельные условия (пункты) письменного договора сформулированы его сторонами неясно или неточно. При этом нередко обнаруживается несоответствие между внутренней волей стороны договора, желавшей определенного результата, и внешней формой ее выражения (волеизъявлением) — конкретной формулировкой, содержащейся в тексте договора. Речь при этом идет о толковании действительного договора, не оспариваемого контрагентом по мотиву пороков воли, например заблуждения (ст. 178 ГК). Если отдать предпочтение действительной воле стороны, могут пострадать интересы контрагента и гражданского оборота в целом, ибо окажется, что волеизъявление, воспринятое контрагентом и закрепленное договором, может не иметь юридического значения. Предпочтение же, отданное волеизъявлению, означает переход на сугубо формальные позиции и может поставить в затруднительное положение более слабую или добросовестно заблуждавшуюся сторону. Поэтому закон отдает приоритет согласованному волеизъявлению сторон договора (а не волеизъявлению одной из них), тем самым защищая интересы имущественного оборота в целом.

Выявление такой согласованной воли путем судебного толкования условий конкретного договора осуществляется в два этапа. Сначала используются правила ч. 1 ст. 431 ГК РФ, а при невозможности с их помощью установить действительную общую волю сторон договора применяются правила ч. 2 комментируемой статьи.

2. На первом этапе толкования договора суд анализирует буквальное значение содержащихся в тексте слов и выражений, поскольку именно они прежде всего отражают результат согласованной воли контрагентов. Так, указание в конкретном договоре на неустойку как последствие его нарушения не может быть истолковано иначе, например в качестве условия о задатке; точно так же исключается искажение условия об особом порядке фиксации нарушений, допущенных контрагентом (обязательность составления соответствующего акта в определенный договором срок, проведение независимой экспертизы качества товаров и т.п.).

Вместе с тем, устанавливая содержание конкретного условия при его неясности, суд сопоставляет его с содержанием других условий и общим смыслом договора. Из этого, в частности, следует, что содержащаяся в конкретном договоре юридически некорректная квалификация тех или иных категорий или отношений сторон не связывает суд при толковании такого договора, если она расходится с содержанием других его условий и его смыслом в целом. Например, договор комиссии или смешанный договор, содержащий элементы различных гражданско-правовых договоров, ошибочно назван сторонами «договором купли-продажи», а юридически необязательное соглашение сторон о намерениях осуществлять сотрудничество названо ими «предварительным договором»; неустойка названа «штрафной», чтобы подчеркнуть ее природу как санкции (штрафа, т.е. наказания), а не установить возможность ее взыскания сверх понесенных потерпевшим убытков, и т.п. Во всех этих случаях буквальное толкование текста договора расходится с его смыслом и потому исключается.

3. Если такой подход не позволяет установить содержание договорного условия, суд должен перейти к следующему, второму этапу его толкования, а именно выяснить действительную общую волю сторон (а не волю одной или каждой из них), учитывая цель договора и принимая во внимание «все соответствующие обстоятельства», в том числе переговоры и переписку контрагентов, практику их взаимоотношений, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

———————————
См.: Венская конвенция о договорах международной купли-продажи товаров: Комментарий. М., 1994. С. 32 (автор комментария — М.Г. Розенберг). Это толкование положений Венской конвенции вполне применимо и к пониманию соответствующих положений ст. 431 ГК РФ, имеющих в своей основе правила названной международной Конвенции.

Понятие обычая делового оборота содержится в п. 1 ст. 5 ГК РФ, а возможность его субсидиарного (восполнительного) применения к договорам закреплена п. 5 ст. 421 ГК РФ (см. п. 7 комментария к ст. 421 ГК).

Читайте также:  Перенестись во сне к человеку

Обычаи делового оборота следует отличать от сложившейся практики взаимоотношений сторон договора (нередко называемой заведенным порядком). Самостоятельно установленный («заведенный») сторонами предпринимательского договора порядок их взаимоотношений, по существу, отражает некоторые подразумеваемые условия договора, которые, не будучи прямо зафиксированными, фактически соблюдались (исполнялись) сторонами в их предшествующих договорных взаимосвязях и тем самым выражали их согласованную волю (например, периодическая выдача постоянным оптовым покупателем товара указаний его продавцу относительно того, в чей адрес следует отгружать конкретные партии товара). Поэтому заведенный порядок как фактически согласованное сторонами договорное условие имеет приоритет в применении перед обычаем.

———————————
Венская конвенция о договорах международной купли-продажи товаров: Комментарий. С. 29.

Следует также иметь в виду, что в соответствии со ст. 7 ГК РФ именно правила Венской конвенции, в том числе о толковании договоров, подлежат применению в случаях, когда «внешнеэкономическая сделка» (международный коммерческий договор) подчиняется действию российского права.

———————————
Принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА 2004. М., 2006. С. 139.

Монография М.И. Брагинского, В.В. Витрянского «Договорное право. Общие положения» (книга 1) включена в информационный банк согласно публикации — Статут, 2001 (3-е издание, стереотипное).

Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. 2-е изд. М., 1999. Книга первая: Общие положения. С. 268, 273.

Источник

Статья 431. Толкование договора

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Комментарий к ст. 431 ГК РФ

1. Практика свидетельствует о том, что слова, в которые облекается договор, не всегда отражают те устремления, которыми руководствовались субъекты при заключении договора. Между тем законодатель не относится безразлично к тем случаям, когда формальное волеизъявление сторон не соответствует их воле. Кроме того, иной раз случается, что субъекты, заключающие договор, по-разному понимают смысл терминологии, используемой при формулировании условий договора. Бывает и так, что различные условия одного договора противоречат друг другу. Во всех этих и в подобных им случаях возникает необходимость толкования условий договора. В процессе толкования договора устанавливаются его смысл и содержание.

2. Общие правила толкования договорных условий установлены в абз. 1 комментируемой статьи. Прежде всего, при толковании условий договора суд должен принимать во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. При этом буквальное значение условия договора устанавливается путем сопоставления с иными условиями и смыслом договора в целом.

3. В том же случае, если буквальное толкование не позволяет определить содержание договора, суд должен выяснить действительную общую волю сторон с учетом той цели, которую они преследовали при заключении договора. Это достигается путем выяснения всех соответствующих обстоятельств, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

Судебная практика по статье 431 ГК РФ

В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, заявитель просит постановления судов апелляционной и кассационной инстанций отменить, ссылаясь на существенное нарушение положений статей 309, 310, 330, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации. В силу части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

В соответствии со статьей 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив указанные обстоятельства, свидетельствующие о нарушении принципалом условий агентского договора от 12.07.2017 N 108-АС, признав доказанным факт оказания услуг, связанных с организацией перевозок железнодорожным транспортом, и стоимость расходов за порожний пробег вагонов, руководствуясь положениями статей 330, 420, 421, 431 779, 1001, 1006, 1011 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска.

При толковании условий договора судом апелляционной инстанции в нарушение положений статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации не учтено последующее поведение сторон, в частности то, что во исполнение договора, как это установлено судом, сторонами совершены согласованные действия, в результате которых Щербакова К.И. исключена из членов товарищества, Бузмакова Е.В. в члены товарищества принята, ей выдана членская книжка и в ее пользование передан названный выше земельный участок с находящимся на нем имуществом, в отношении земельного участка проводятся действия по его приватизации.

Принимая обжалуемые судебные акты, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статей 8, 307, 309, 310, 382, 384, 385, 388, 431, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходили из доказанности наличия задолженности ответчика перед истцом в размере 557 407 руб. 11 коп., проверив представленный истцом расчет неустойки, суды признали его неверным в связи с отсутствием оснований для начисления неустойки на задолженность по акту от 31.05.2017 N 11, поскольку в материалы дела не представлено доказательств предъявления этого акта обществу ранее 27.12.2017, пересчитав подлежащую взысканию с ответчика неустойку, определили ее в размере 106 128 руб. 93 коп.

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

В силу статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Читайте также:  Краткое содержание части сон обломова

Отменяя решение суда первой инстанции, апелляционный суд, руководствуясь положениями статей 309, 310, 431, 486, 506, 532, 525 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 05.04.2013 N 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», установив, что, исполняя договор, поставщик обязан реализовывать нефтепродукты по цене, существующей в момент заправки на АЗС, если она не превышает стоимость, согласованную в спецификации, факт поставки товара, отсутствия доказательств его оплаты, пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований.

Источник

ВС РФ о толковании договоров: соответствует ли вывод об отсутствии договора по причинам неясности его условий смыслу ст. 431 ГК РФ?

О толковании.

Этим постом хочу открыть цикл заметок, посвященных проблемам толкования. Почему? Потому, что институт толкования договоров все еще остается «темной лошадкой» теории и практики: вопросов больше, чем ответов.

В частности, в ГК РФ толкованию посвящена только ст. 431 ГК РФ, которая никаких изменений в процессе реформирования ГК РФ не претерпела. Однако это не означает, что ее положения настолько безупречны, что не нуждаются в разъяснениях.

Другое дело, что разъяснения суда тоже оставляют простор для воображения и вряд способствуют разработке единообразного практического инструментария.

Оценка ст. 431 ГК РФ в контексте принципа сохранения договора.

Логическое деление ст. 431 ГК РФ позволяет выделить следующие смысловые фрагменты, определяющие последовательность применения правил.

(А) При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

(Б) Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

(А) Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Из содержания ст. 431 ГК РФ следует, что буквальному тексту договора (форма выражения, волеизъявление) отдается приоритет по сравнению с действительной общей волей сторон (воля как она есть) с учетом цели договора.

Не вдаваясь в данном случае в дискуссию об обоснованности приоритета формы волеизъявления, сложно отрицать тот факт, что ст. 431 ГК РФ направлена на то, чтобы в любом случае постараться сохранить договор (принцип толкования договора в пользу его действительности).

По крайней мере, ничто в ст. 431 ГК РФ не дает повод для того, чтобы считать автоматически договор незаключенным (несуществующим как вид) в случае неясности намерения сторон.

Придерживается ли этой идеи ВС РФ в своих разъяснениях?

Как представляется, смысл ст. 431 ГК РФ не позволяет отказать в признании наличия соглашения о возмещении потерь только по мотивам неясности и двусмысленности условий такого соглашения.

Последний абзац п. 33 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (Пленум № 49) содержит указание на то, что

«По смыслу статьи 431 ГК РФ в случае неясности того, является ли договор абонентским, положения статьи 429.4 ГК РФ не подлежат применению».

Не понятно, где именно в статье ст. 431 ГК РФ содержится такой упрощенный смысл, что в случае неясности договора (=его условий?), считается, что такого договора нет.

Несмотря на генерализацию конструкции, абонентский договор выделен в самостоятельную договорный тип. Следовательно, осуществленный сторонами выбор в пользу именно абонентской конструкции, даже если условия выражены не ясно, не может быть проигнорирован без достаточных оснований. Нераскрытого смысла ст. 431 ГК РФ для этого вряд ли достаточно.

Тем более, что в этом же Пленуме № 49 в п.п. 43-46 содержатся такие разъяснения о порядке применения положений ст. 431 ГК РФ, которые тоже не позволяют просто так сделать вывод об отсутствии соглашения, если договор не (совсем?) понятен.

В частности, в абз. 3 п. 43 Пленума № 49 указано, что «Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду».

В абз. 1 п. 44 Пленума № 49 раскрыт принцип толкования договора в пользу его заключенности/ действительности: «При наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора и учитывает установленную в пункте 5 статьи 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений».

Соответственно, вывод в пользу отсутствия конкретного соглашения не может быть просто обусловлен непонятностью договора. Такой вывод представляет собой крайнюю меру, когда испробованы всевозможные приемы толкования с учетом всем обстоятельств дела.

Как следствие, поскольку вывод о невозможности квалификации договора в виде абонентского – это де факто вывод об отсутствии такого договора (его незаключенности), такая позиция суда в свете позитивного подхода к толкованию договора должна быть необходимым и достаточным образом аргументирована и представлять своего рода «акт безысходности» суда.

В п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 N 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (Пленум № 6) без каких –либо дополнительных пояснений указано, что «Воля сторон на выбор факультативного или альтернативного обязательства устанавливается путем толкования условий соответствующего соглашения (статья 431 ГК РФ). При наличии сомнений толкование осуществляется в пользу выбора сторонами факультативного обязательства (пункт 2 статьи 320.1 ГК РФ)».

П. 2 ст. 320.1 ГК РФ, к которому отсылает Пленум № 6, ситуацию не проясняет, поскольку содержание пункта 2 указанной статьи сводится к следующему: «К обязательству, предусматривающему совершение должником одного из двух или нескольких действий, применяются правила об исполнении альтернативного обязательства (статья 320), если оно не может быть признано факультативным обязательством».

Иначе говоря, выбор в пользу именно факультативного обязательства больше следует из логики ВС РФ относительно общей расширенной и (дискуссионной) концепции отступного, представленной в Пленуме № 6 (см. пост об отступном), но не из правил толкования.

По сути, предложенное видение ВС РФ толкования создает риск игнорирования принцип толкования в пользу заключенности соглашения (того, которое стороны имели ввиду), поскольку слишком просто позволяет суду подменить неясное с точки зрения буквального смысла слов и выражений соглашение сторон об отступном как альтернативном обязательстве в пользу отступного как факультативного обязательства.

Читайте также:  Мужчина бреет руки во сне

Однако правовые последствия квалификации отступного в качестве альтернативного и факультативного обязательства явно различаются.

Проблема, на мой взгляд, заключается в том, что такую логику суда по аналогии можно распространять и на все случаи непонятности того, какое обязательство установили стороны своим соглашением (факультативное или альтернативное).

1) разъяснения ВС РФ в части применения ст. 431 ГК РФ выглядят чрезмерно упрощенным за счет общих ссылок на некий смысл ст. 431 ГК РФ, который вряд ли в ст. 431 ГК РФ заложен, с обязательным подкреплением этого смысла выводом об отсутствии спорного договора того вида, который выбрали стороны.

Это создает конфликт в квалификации, противоречит принципу толкования в пользу наличия энного договора и уважения свободы договора сторон (ст. 421 ГК РФ).

Более того, такой подход, если воспринимать его буквально как руководство к действию, повышает риск необоснованной замены волей суда воли сторон соглашения.

2) Разъяснения ВС РФ «не эволюционируют», что вызывает особые сожаления, если учесть, что определенные правила о толковании договора в Пленуме № 49, принятом еще в 2018 году, сформулированы. Поэтому можно было бы ожидать от ВС РФ большей последовательности в реализации таких правил применительно к отдельным договорным конструкциям в разъяснениях, принятых после 2018 года.

3) Возможным способом минимизации рисков необоснованной (упрощенной) замены судом воли сторон своим представлением о соглашении и его отсутствии может быть уход от буквального понимания разъяснений ВС РФ и попытка выяснить действительное намерение ВС РФ по тем же правилам, которые сформулированы в тексте ст. 431 ГК РФ.

Это означает, что просто неясность и двусмысленность условий не может быть поводом для вывода об отсутствии именно того договора, который заключили стороны. Для такого вывода суд все равно должен привести необходимые и достаточные пояснения, демонстрирующие, что даже действительную волю сторон выявить невозможно, опираясь на всевозможные сопутствующие обстоятельства.

Как говорится, без толкования судебных толкований на практике не обойтись.

Источник

Статья 431. Толкование договора

СТ 431 ГК РФ

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Комментарий к Ст. 431 Гражданского кодекса РФ

1. При рассмотрении дела суды лишены возможности высказывать собственное мнение. Судьи обязаны воспринимать текст договора в его совокупности с иными документами и доказательствами. Содержание договора определяется в соответствии с его общепринятой трактовкой и пониманием его условий сторонами. ГК РФ позиционирует такое восприятие договора как буквальное, то есть так, как написано в договоре.

Если положения договора могут иметь несколько значений либо не позволяют достоверно установить значение отдельных положений, суды обязаны выявить действительную и реальную волю сторон. Основным способом ее установления являются показания сторон или их представителей по условиям договора и обстоятельствам дела. Суд обязан учитывать в совокупности все собранные по делу доказательства с целью выявления действительной воли сторон и исключения каких-либо сомнений в ее достоверности. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Правила о толковании условий договора являются одним из аспектов реализации принципов арбитражного или гражданского процесса, в том числе в части достоверного выявления всех имеющих юридическое значение обстоятельств и исключения каких-либо сомнений и разночтений в восприятии договора и иных представленных документов, вытекающих из существа данного соглашения.

Так, по одному из дел суд первой инстанции правомерно отметил, что разное толкование условий договора не свидетельствует о незаключенности договора, поскольку заключенность/незаключенность договора можно определять только по обстоятельствам, предшествующим заключению договора, т.е. подтверждающим, что до заключения договора стороны выражали различную волю, либо не выражали соответствующей воли. Правила толкования, предусмотренные ст. 431 ГК РФ, свидетельствуют о том, что условия заключенного договора далеко не всегда толкуются всеми сторонами договора и судом одинаково, и на тот случай, когда у сторон договора и суда нет единого понимания условий договора, положениями указанной нормы установлено последовательное применение судом правил толкования договора. В соответствии с п. 7 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.02.2014 N 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» в случае спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства и доказательства в их совокупности и взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательства (см. Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2016 N 09АП-28725/2016-ГК по делу N А40-249843/2015).

2. Судебная практика:

— Определение КС РФ от 23.06.2015 N 1448-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Голигоровой Антониды Федоровны на нарушение ее конституционных прав положением статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации»;

— Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016) (утв. Президиумом ВС РФ 06.07.2016) (см. п. 3 раздела II «Разрешение споров, возникающих из договорных отношений»; п. 4 из раздела I «Практика применения положений законодательства о банкротстве»);

— Постановление Пленума ВС РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (см. п. 17);

— Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015) (утв. Президиумом ВС РФ 25.11.2015) (см. п. 1 из раздела I «Разрешение споров, возникающих из договорных отношений», вопрос 14 из раздела «Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике»);

— Постановление Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 «О свободе договора и ее пределах» (см. п. 11);

— Постановление Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 N 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» (см. п. 20);

— Постановление Суда по интеллектуальным правам от 08.07.2016 N С01-533/2016 по делу N А40-168039/2015 (о взыскании задолженности по договору на создание музыкального произведения);

— Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 04.08.2016 N Ф02-3463/2016 по делу N А10-4211/2015 (о взыскании задолженности по договору аренды электротехнического оборудования);

— Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 09.08.2016 N Ф09-7019/16 по делу N А60-41172/2015 (о взыскании с муниципального учреждения неосновательного обогащения в виде платы за пользование зданием).

Источник

Поделиться с друзьями
admin
Коротко о самом интересном
Adblock
detector